ПРАКТИКИ

«На первом пожаре – горел тростник, пламя до небес – мне показалось, что я попала в ад»

Анна Барне, пожарная-волонтер с десятилетним стажем, специально для «Приличных людей» рассказывает о стрессе при тушении огня, женщинах-парашютистках и тех, кого ждут в рядах добровольцев
Пожарным волонтером я стала летом 2010-го, когда вокруг Москвы все пылало. Хотела просто собрать сумку с вещами для погорельцев, а оказалась на курсах «Гринписа» и начала разбираться, как работают пожарные.

На первом пожаре, где я присутствовала, горел тростник — пламя до небес, — и мне показалось, что я попала в ад. Новичок легко может заблудиться и пропасть. С опытом пожары становятся не так страшны: например, ты узнаешь, что в травяном пожаре можно спастись на выгоревшем пространстве.
Я много лет была волонтером «Гринписа», работала с профессионалами, и в какой-то момент стала сотрудницей «Авиалесоохраны» — считаю, что это лучшие лесные пожарные в России
Сегодня закон запрещает женщинам в России быть профессиональными пожарными. Раньше все было иначе: в «Авиалесоохране» на лес прыгал целый отряд пожарных парашютисток, женщины жили в пожарных лагерях и тушили огонь.
Общая площадь лесных пожаров в стране, по данным МЧС России, в 2022 году составила около 23 тыс. га
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Однако женщинам разрешается работать руководителями тушения — видимо, это попросту забыли запретить. Я стала именно таким руководителем, чтобы иметь возможность официально летать на пожары как журналист. Сама на огонь не прыгала, но прилетала в лагеря пожарных на вертолете с продуктами. Понимала, что происходит, знала, как тушить, куда идти. Была в бригаде единственной женщиной. Ко мне все относились трепетно, как семь богатырей — к царевне.
Волонтерам-женщинам пожары тушить никто не запрещает. Помню трогательный случай: как-то мы вели семинар для сотрудников заказника «Журавлиная родина». Прямо во время занятия начался пожар, мы выскочили помогать — руководить тушением стала малюсенькая девочка-волонтер Дина, а рослые ребята из «Авиалесоохраны» работали под ее началом.

Вообще для волонтеров тушение пожара — не такой уж большой стресс. Это интересная работа, которая отличается от повседневности. Обычно она делается в компании друзей и доставляет определенное удовольствие. Мне 53 года, из-за состояния здоровья я отошла от дел — на пожаре надо очень быстро бегать, а я уже не могу, и положительного стресса, который получают добровольные пожарные, не хватает.

Волонтеры, как правило, активно работают на пожарах в среднем два-четыре года. Потом в их жизни часто что-то меняется — люди женятся, появляются дети, возникает необходимость больше зарабатывать, — и они перестают настолько вовлекаться. Но «насовсем» не уходят: пожарные — это братство, нас связывает настоящая дружба, которую трудно найти в другом месте. Есть и волонтеры, которые продолжают волонтерскую работу гораздо дольше: и пять, и десять, и пятнадцать лет.
10 лет работы на пожарах — наверное, лучшие годы моей жизни. За эти годы я вела сотни репортажей
с пожаров, написала не меньше тысячи текстов о них и даже книгу об «Авиалесоохране»
Поле деятельности волонтеров широкое: нужны те, кто будет верстать противопожарные брошюры, те, кто снимает видео, чинит оборудование, пишет тексты… У меня есть подружка Дриада, волонтер-пожарный с большим стажем — по специальности танцовщица со змеями. Мы говорим, что ей привычно таскать на плечах пожарные рукава — они тоже скользкие и холодные.

Для начала можно присоединиться к нашему каналу «Пожар.ру» в Телеграме — его читают практически все волонтеры-пожарные России.

Беседовала Софья Корепанова
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ